Вы здесь:  / Свами Б.Ч. Бхарати 2010 / Беседа Б.Ч. Бхарати Свами с Сергеем Русскиным
Беседа Б.Ч. Бхарати Свами с Сергеем Русскиным | Лекция Б.Ч. Бхарати Свами от 22 января 2010 года

Беседа Б.Ч. Бхарати Свами с Сергеем Русскиным

Беседа Б. Ч. Бхарати Свами с Сергеем Русскиным

Б. Ч. Бхарати Свами: …я, мысль, впечатление, предмет. То мы вдруг обнаружим, что предмет зависит только от меня, он существует как произв… Тогда как материалисты говорят, что есть некая реальность, она существует, эта реальность, а мы, появляясь, начинаем ее воспринимать в правильном или неправильном виде.

Сергей Русскин: Появляясь, да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Мы как бы приходим в уже существующий мир.

Сергей Русскин: Да, в уже существующий мир.

Б. Ч. Бхарати Свами: Да, то есть мы как бы заходим в уже существующую комнату и…

Сергей Русскин: Ботинки были сделаны давно, в 41-м.

Б. Ч. Бхарати Свами: Логично?

Сергей Русскин: Логично.

Б. Ч. Бхарати Свами: Не логично.

Сергей Русскин: Ботинки были сделаны в 41-м.

Б. Ч. Бхарати Свами: А я появился в 66-м.

Сергей Русскин: А вы появились в 66-м. Но ботинки были до вас-то все равно сделаны.

Б. Ч. Бхарати Свами: Правильно.

Сергей Русскин: Хоть вы и появились в 66-м.

Б. Ч. Бхарати Свами: Так рассуждает материалист.

Сергей Русскин: Да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Без плюсов и минусов. Просто материалист. То есть тот, кто… Кто такой материалист? Тот, кто считает, что материя…

Б. Ч. Бхарати Свами и Сергей Русскин: Первична.

Сергей Русскин: Да.

Б. Ч. Бхарати Свами: То есть материя существует.

Сергей Русскин: Да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Материальный мир с его предметами существует.

Сергей Русскин: Да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Мы приходим.

Сергей Русскин: Да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Мы рождаемся, мы приходим в этот мир. И научный прогресс это… Что это такое? Это развитие своего понимания окружающего мира до той степени, когда мое понимание, мое видение мира будет совпадать с самой картиной мира. Так? Ну что такое наука? Наука — это приближение картины мира, какой он есть на самом деле, к моему воображению. Когда они совмещаются… Считается: выдающийся ученый, он понял мир, но это в корне неправильно, потому что не мы приходим в мир уже существующий. Он существует в нашей голове. Он начинается в тот момент, когда я начинаю мыслить. Но существует некая, она называется «природа», или на санскрите прадхана – первозданное вещество, но в нем еще нет вещей. Есть разные понятия: «вещество», а есть «вещь». Вещь – это часть вещества. Вот вещество существует независимо от нас. А вещи внутри этого вещества только в нашей голове. Вещество – это как некая жижа однородная, она называется еще… В физике это называется поле. Это поле, состоящее из волн. Эти волны начинают вибрировать и появляются предметы. Вот эта банка ничем не отличается от этого ножа, вернее, не то, что не отличается, она неотрывна от этого ножа. Нам кажется: ничего нет, а это же все поле единое.

Сергей Русскин: Просто здесь больше сгущены волны.

Б. Ч. Бхарати Свами: С точки зрения физики правильнее говорить… Я понимаю вас. С точки зрения физики правильно говорить, что здесь больше разряженности. Но можно сказать, что сгущение. Здесь оно как бы сгустилось, это единое поле. Здесь как бы его…

Сергей Русскин: Нет. Тут она опять определенным образом…

Б. Ч. Бхарати Свами: Но, с точки зрения единого… с точки зрения физики…

Сергей Русскин: И если я своим сознанием войду в вибрацию этой банки, то я смогу пройти сквозь нее, то что? Я и буду банкой?

Б. Ч. Бхарати Свами: Да, вы можете пройти, вы можете стать ею.

Сергей Русскин: Стать ею, пройти.

Б. Ч. Бхарати Свами: Если вы войдете в вибрацию единого этого поля.

Сергей Русскин: То вообще исчезну.

Б. Ч. Бхарати Свами: Нет, вы не исчезнете, просто материя для вас перестанет существовать.

Сергей Русскин: И что есть такие, близкие по состоянию люди?

Б. Ч. Бхарати Свами: Ну, конечно, конечно. Ну, например…

Сергей Русскин: Сейчас это мы рассуждаем. Мы только говорим об этом.

Б. Ч. Бхарати Свами: Да.

Сергей Русскин: Но мы этого не можем достичь, так?

Б. Ч. Бхарати Свами: Ну почему, мы определенно. Вы же, например, не видите то, что видят…

Сергей Русскин: Экстрасенсы.

Б. Ч. Бхарати Свами: Не экстрасенсы, а летучие мыши.

Сергей Русскин: Нет, не вижу.

Б. Ч. Бхарати Свами: Не видите. Например, для летучей мыши есть преграды, которые для нас смешны. Например, какой-то источник ультразвука: для нее это стена, она просто разобьется, ей кажется, что она разобьется, если в него попадет, и она облетает это. А нам что? Ну пройти из комнаты в комнату. А почему? Потому что мы находимся в таком состоянии. Есть те, кто может…

Сергей Русскин: Подвинуть это состояние.

Б. Ч. Бхарати Свами: …через стену войти. Ну, например, скажем так: когда вы стоите на месте, то океанская волна для вас существует как волна, а когда вы на гребне этой волны, для вас волны-то не существует. А для того, кто воспротивился волне, она его бьет.

Сергей Русскин: Махарадж, а вы эту философию — то, о чем вы сейчас говорите, — вы ее откуда почерпнули?

Б. Ч. Бхарати Свами: Ну это не важно. Я не знаю.

Сергей Русскин: Ну как это? Подождите, это или вы сами как бы или учились на философском факультете? Может быть…

Б. Ч. Бхарати Свами: Я забыл.

Сергей Русскин: Вы просто забыли об этом?

Б. Ч. Бхарати Свами: Я просто забыл. У меня просто мозг изъеден.

Сергей Русскин: Чем? А вы учились на философском?

Б. Ч. Бхарати Свами: Я просто не помню.

Сергей Русскин: Не помните, где были, да?

Б. Ч. Бхарати Свами: У меня просто, видимо, микроинсульт произошел.

Сергей Русскин: Скажите, а мы же можем посмотреть в интернете, где вы были, да?

Б. Ч. Бхарати Свами: Ну это вам там что скажет интернет, я же не знаю.

Сергей Русскин: Мы можем посмотреть почитать вашу биографию, паспорт.

Б. Ч. Бхарати Свами: Читайте.

Сергей Русскин: Мы можем найти ваш диплом.

Б. Ч. Бхарати Свами: В 16 лет я погиб при Ватерлоо, наверное. Это не важно.

Сергей Русскин: Ну как, как, вот мне как, подождите, цель и средство постижения цели, – тут не важно, конечно, что главнее. Есть роли, когда роль формирует тебя. То есть это не я озвучиваю «Бхагавад-гиту», а «Бхагавад-гита» озвучивается через меня.

Б. Ч. Бхарати Свами: Это правильно.

Сергей Русскин: Да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Ради этих мгновений мы и живем.

Сергей Русскин: Но как бы вам сказать…

Б. Ч. Бхарати Свами:…на мой взгляд: это когда его не видно через произведение.

Сергей Русскин: Да. И вы знаете, что существуют определенные техники.

Б. Ч. Бхарати Свами: Не знаю.

Сергей Русскин: Не, не… Ну, я вам расскажу тогда. В Японии существуют художники, если он рисует, это я считаю идеалом. Если он рисует картину, и о нем… Вот он написал картину, а кто-то приходит и говорит: «О, это Сузуки, это же Сузуки!», все, он уходит…

Б. Ч. Бхарати Свами: Он собою затмил тот поток.

Сергей Русскин: Совершенно верно. Он уже говорит: «Я не художник». Это то же самое, что в карате, в боевых искусствах: это оказывается не набивание кулаков, а когда тебя нет; то есть не набивать кулаки, для того, чтобы встретиться с драками.

Б. Ч. Бхарати Свами: Чтобы избежать драки?

Сергей Русскин: Да, чтобы избежать драки. А просто драка должна избежать тебя. Вот это и есть каратист. Был мастер карате, когда о нем узнал царь и призвал его к себе, и сказал: «Я хочу, чтобы ты был моим мастером». — «А я уже не мастер, потому что вы обо мне узнали. Я не могу быть». То же для меня было непостижимым, вот это понятие великих разведчиков японских в штанишках черненьких. Как они называются?

Б. Ч. Бхарати Свами: Ниндзя?

Сергей Русскин: Ниндзя, да. Оказывается, великий разведчик-ниндзя мог проникать в любую крепость, оставаясь при этом незамеченным. Каким образом он мог проникать туда? Он останавливал в себе время и таким образом становился невидимым. Вы слышали, наверное, об этом, да?

Б. Ч. Бхарати Свами: Я не слышал, но я…

Сергей Русскин: То есть его не видели не потому что он маскировался там, листочки на себя, а он просто умудрялся двигаться… Если бы я, наверное, тут стоял вот так вот долго…

Б. Ч. Бхарати Свами: Мы бы вас не заметили.

Сергей Русскин: Вы бы меня не заметили. Очевидно, будем так говорить, если я простою на этом месте сто лет, вот так вот, да? То через пять лет вы меня уже перестанете замечать. Буду стоять, и, наверное, через пять лет вы сможете проходить сквозь меня.

Б. Ч. Бхарати Свами: Это не противоречит «теории относительности».

Сергей Русскин: Но то, что вы говорите, я этого понять не могу. Мне просто интересно, что оказывается цель и средства достижения этой цели, скажем, вещи равнозначные.

Б. Ч. Бхарати Свами: Ну, да. Чем меньше ты привносишь себя в этот поток, тем оно ценнее, потому что собою всегда можно заслонить, своим эго. Когда ты говоришь что-то, но ты опять под себя, опять под себя.

Сергей Русскин: Только под себя.

Б. Ч. Бхарати Свами: Только под себя. То людям это неинтересно. Они уже видят: «Так это про тебя. А кто ты такой?» А когда ты сможешь сделаться настолько чисто-прозрачным, что через тебя идет то, тот самый Свыше поток, они будут уже не тебя, а Его слушать. И это есть служение людям, если вы хотите. Вот если так вам…

Сергей Русскин: По самому большому. Не служение себе, а по самому большому.

Б. Ч. Бхарати Свами: Например, когда «Бхагаватам» писал Вьясадев, он говорил: «Я ничего не понимаю, что я пишу». У нас есть такая мантра, где мы говорим, что Вьясадев не понимает, о чем он пишет, автор всех Вед. Но это понимает Шива, это понимает Шукадева, а Вьясадева не понимает, поэтому записал.

Мы можем посмотреть «Пули над Бродвеем».

Сергей Русскин: С удовольствием.

Б. Ч. Бхарати Свами: На чем будем?

Сергей Русскин: На каком носителе?

Б. Ч. Бхарати Свами: Надо же экранчик побольше.

Слушатель: Вот этот самый большой.

Б. Ч. Бхарати Свами: Давайте.

Сергей Русскин: А у вас разве нет такого, почему вы себе такое удовольствие не сделали под названием, простите, домашний кинотеатр? В том смысле, что то, что у вас здесь, вы, допустим, подсоединяете к своему телевизору и смотрите то же самое только на большом экране.

Б. Ч. Бхарати Свами: Просто общего просмотра у нас практически не бывает, а у каждого компьютера…

Сергей Русскин: Нет, ну тут же еще очень важно… Простите, Махарадж, я просто хочу сказать вам, что для того, чтобы получить полное впечатление о картине… Вы же говорите «впечатление». Для вас это очень важно. Вот для того, чтобы получить полное впечатление о картине, и в связи с этим полным впечатлением сформировать еще какие-то глобальные свои идеи, для этого нужно как можно больше рецепторов оттуда получать, вот этих ощущений. Для этого они придумали на сегодняшний день 3D экраны. Потому что если вы смотрите того же «Аватара», вы будете смотреть на компьютере, то вы не проникнетесь этими идеями. В этом-то и новое развитие. Да. Поэтому… А вы смотрели «Аватар»…

Б. Ч. Бхарати Свами: На экране.

Сергей Русскин: На компьютере? Извините меня, вы… А вот если бы вы посмотрели в 3D исполнении, я понимаю. Махарадж…

Б. Ч. Бхарати Свами: Нет, я не спорю…

Сергей Русскин: Может, вы смотрите это, и таким образом вы видите то, что видят все остальные в 3D изображении.

Б. Ч. Бхарати Свами: (неразборчиво)

Сергей Русскин: Я просто еще хочу вам сказать, что это я недавно только допер до этого. Понял, что мне как артисту нужен дома центр. А почему? Потому что я смотрел просто фильм, это у меня пришло это ощущение, называется «Дом из песка и тумана», где идея как раз и была соткана из песка и тумана. И там, если нет песка, и не чувствуешь, как машина перекатываясь по песку, как она создает этот звук. И когда ты смотришь моноизображение, то ты не чувствуешь этого песка, но когда ты это смотришь в стерео, ты его еще больше чувствуешь, но когда ты смотришь, так называемая, система 5/1, когда у вас звук, понимаете? Ты становишься участником этого песка, так же как и тумана. И ты через это понимаешь идею, я имею в виду себя. Поэтому я на сегодняшний день пришел к тому, что если ты хочешь дальше, Сергей, развиваться как чувствительная система, чтобы выдавать более качественный продукт людям, ты же должен сам его получать, а получить ты его можешь только из хорошего носителя. Конечно, вы можете, Махарадж, я не знаю, может, вы можете искупаться и в капле. Мы вам принесем каплю океана, да?

Б. Ч. Бхарати Свами: Конечно.

Сергей Русскин: И вы искупаетесь, вы скажете… И так же и позагорать наверное мы можем от отражения, вы можете позагорать. Но я, например, не готов. Как вот тут? Согласны со мной?

Б. Ч. Бхарати Свами: Я просто не чувствую потребности в этих приспособлениях. И не так много фильмов, которые я бы хотел посмотреть. А те, которые бы я хотел посмотреть, их создавали, когда еще этого не было. Вы не смотрели «Пули над Бродвеем»?

Сергей Русскин: Думаю, что смотрел. Я просто, может быть, не вспомню. Я же, как вам сказать. У меня же нет памяти, как у вас. Моя память совершенно другая, у меня память чувств. То есть я более позитивная система. Мои чувства, может, быть более широкие. (раздался телефонный звонок) Извините, Махарадж.

Б. Ч. Бхарати Свами: Ничего, ничего.

Сергей Русскин: Как вот вам кажется, Кришна, скажите пожалуйста, если Он говорит, что Я гений в тебе, значит, Он в любом случае даст вам шанс реализовать свою гениальность. Он не может так сделать, что, допустим, я гений, а Он наделил даром этого человека, а потом создал такие условия, что эти способности его никак не могли проявиться? Он мог такое сделать?

Б. Ч. Бхарати Свами: Если люди не увидели гениальность. Имеется же (в виду) не общественное положение. Мы можем не увидеть гениальность. Он же говорит, что Я в тебе гений. Мы же не видим учителей. Это не значит, что учителя не связаны…

Сергей Русскин: С Кришной.

Б. Ч. Бхарати Свами: Да. Этот поток гения проходит через кого угодно. Как молния, она ударяет непонятно: один может залезть на самую верхнюю точку, а молния ударит кого-то, кто сидит в овраге. Она сама решает через кого пройти.

Сергей Русскин: А вот гений, скажите пожалуйста, он осознает, что он гений, или это не важно. То есть он, как бы вам сказать, и он понимает, что это муки.

Б. Ч. Бхарати Свами: Нет, он осознает, что он гений.

Сергей Русскин: Если он осознает, что он гений…

Б. Ч. Бхарати Свами: Но он понимает, что это ему не принадлежит.

Сергей Русскин: Да, он понимает это, что это не ему принадлежит?

Б. Ч. Бхарати Свами: Конечно.

Сергей Русскин: Тогда он гений?!

Б. Ч. Бхарати Свами: Если он этого не понимает, если он думает, что это его, то это…

Сергей Русскин: Сахаджия.

Б. Ч. Бхарати Свами: Это ремесленник.

Сергей Русскин: Даже если мы будем его называть гением, даже если мы будем его видеть. То есть каким образом, в принципе, вот скажите, тогда получается из этого: гений не должен уповать ведь на судьбу, правда, да? Он же должен чувствовать, что он принадлежит Господу, и значит то, что Господь делает с ним, то оно и правильно.

Б. Ч. Бхарати Свами: (неразборчиво) …этот поток не иссяк… …живительная сила…

Сергей Русскин: Этот поток, чтобы он не иссяк, зависит от этого человека или от милости Кришны? Кришна может, допустим… А тот молит и правильно делает, все выполняет отлично наперед…

Б. Ч. Бхарати Свами: Может все.

Сергей Русскин: Может все, да? По Своей беспричинной как бы милости, да?

Б. Ч. Бхарати Свами: Но если он вдруг становится проводником, если он в себе воспитывает качества сверхпроводниковые — это смирение и терпение, то Кришна никуда не увильнет.

Сергей Русскин: Все-таки значит на Кришну как-то тоже можно повлиять, да?

Б. Ч. Бхарати Свами: Да. Кришна говорит, что (Он) раб Своих рабов. Это тот, кто в положении раба, Кришна никуда от него не денется. Любовью они связывают Его. Матушка Яшода связала Кришну веревкой. Он все время делал так, что два вершка не хватало, чтобы связать Кришну. И потом Он все равно сдался, Он ничего не мог сделать против ее любви.

Сергей Русскин: Просто ведь проблема заключается… Я просто знаю таких людей, когда вдруг этот дар (а он может исчезнуть в любое мгновение), и он осознает, в силу того, что профессионал, он понимает, что дар перекрыт, иссяк, то он не может совладать с тем, что нет этого потока, и он кончает жизнь самоубийством.

Б. Ч. Бхарати Свами: Это правильный выбор.

Сергей Русскин: Махарадж, вы такое говорите.

Б. Ч. Бхарати Свами: А зачем еще жить? Если этого дара нет божественного…

Сергей Русскин: Подождите, подождите…

Б. Ч. Бхарати Свами: …если потока нет, смысл жизни то в чем? Не жить тогда.

Сергей Русскин: Ну а как же тогда…

Б. Ч. Бхарати Свами: Гораздо более не правы те, кто продолжают телегу эту катить на топливе своего имени. Ну как, например, «Pink Floyd», совершенно гениальными были первые вещи.

Сергей Русскин: Потрясающие, да.

Б. Ч. Бхарати Свами: Первые, особенно «Амагамма», двойной альбом.

Сергей Русскин: Ну где-то «Оборотная сторона луны».

Б. Ч. Бхарати Свами: Хорошо. Но потом это стало просто ремесленничеством. Надо было самоубийством кончать, социальным самоубийством, то есть уйти куда-нибудь на ферму.

Сергей Русскин: То есть вы не имеете в виду…

Б. Ч. Бхарати Свами: А какая разница? Если ты перестал жить для общества: что ты свое тело уничтожил, что ты записи… У них же первый был Сид Барретт.

Сергей Русскин: Сид Барретт.

Б. Ч. Бхарати Свами: Тот, кто и создал. Он после «Амагаммы» двинулся и тридцать лет, пока не умер, сидел в психушке. Он же умер, считай.

Сергей Русскин: Ну да. Для музыкальной жизни он ушел.

Б. Ч. Бхарати Свами: Для всех. Они его просто поместили, никто об этом не знал. Только когда он умер, они сказали. Правильно, потому что выше «Амагаммы» уже музыки быть не может. Даже «Обратная сторона луны» – это, в общем, хорошо сделано. Но предыдущие: 69-й год, двойной альбом, разворот…

Сергей Русскин: Если человек физически кончает жизнь, разве он не нарушает закон?

Б. Ч. Бхарати Свами: Когда мы говорим о гении.

Сергей Русскин: Да, о гении.

Б. Ч. Бхарати Свами: Это уже без разницы.

Сергей Русскин: Это уже без разницы?

Б. Ч. Бхарати Свами: Потому что у него физического тела и так нет. Просто если он гений, то он уже мертвый. Физическое тело, что оно ходит, что оно лежит и гниет — разницы нет. Когда мы говорим о нас с вами, о простых смертных, то убить свое тело — это грех, потому что…

Сергей Русскин: (неразборчиво)

Б. Ч. Бхарати Свами: Да, да, как Арджуна… Но о гениях: они сами приходят, сами уходят. Они же не от мира сего. На них не распространяется это: убить себя, карма, грех. Гений же, он вне добра и зла. Как говорят? «Гений не может быть злым»? Или как?

Сергей Русскин: Гений и злодейство несовместимо.

Б. Ч. Бхарати Свами: Гений над злодейством. Для гения не существует злодейства и нет добра. Он выше этого.

Транскрипция: Иван Иванов

Корректор: Вишнуприя Д. Д.

+2